Система формирования себестоимости продукции и услуг в экономической структуре ФСИН отличается от составляющих такой системы гражданских участников экономики, будь то государственные или частные фирмы.

Основным и главным отличием (в данном случае преимуществом) является наличие местных и региональных налоговых льгот для ФСИН в отношении земельных налогов (ст. 395 НК РФ) и налогов на имущество (ст. 281 НК РФ).

В соответствии с налоговым кодексом, такие льготы распространяются только на учреждения исполнения наказаний при выполнении ими своих основных функций: обучения и перевоспитания осужденных.

Не случайно в каждой колонии все производственные объекты называются «Учебными» или «Учебно-производственными участками», где в качестве работников используются осужденные-ученики этих учебно-производственных центров.

Продукция, произведенная, к примеру, осужденными-учениками швейного цеха теоретически должна быть дешевле, чем такая же по качеству продукция, произведенная свободными гражданами, по причине более низкой себестоимости. Эта разница складывается из отсутствия затрат ФСИН на высокую заработную плату работников-осужденных на производственно-учебном участке по пошиву данной продукции и в отдельных случаях – на электроэнергию.

Гражданский заказчик настроен на минимальную цену за услуги, которые будет оказывать колония. Иначе он бы не обращался бы к этой, довольно бюрократической и коррумпированной системе. А самое главное, что и сами чиновники ФСИН прекрасно понимают, что сработаться, то есть получить заказ от гражданского заказчика, они смогут только в том случае, если создадут для него максимально благоприятные условия, где на первом месте будет выгодная цена, а на втором все остальное, включая высокое качество.

Сделать это «классическими», исключительно уставными методами практически невозможно. Но как это не покажется странным, наше тюремное ведомство до сих пор производит продукцию и продает ее на общем рынке. Значит, существуют какие-то механизмы и способы, с помощью которых она «общается» с внешним (гражданским) экономическим миром.

Одним из таких распространенных механизмов является создание агентской – посреднической структуры. Для этого, некоторые более-менее продвинутые в юриспруденции и рыночной экономике начальники управлений и(или) учреждений (иногда вместе со своими заместителями) создают сами либо доверяют своим близким создание около ФСИНовских (контролируемых ими) коммерческих фирм или предприятий, которые становятся посредниками-агентами между государственной структурой ФСИН и гражданским заказчиком. Это сотрудничество, как правило, осуществляется на основании агентского договора между принципиалом в лице гражданского заказчика с одной стороны и агентом – фирмой, созданной и контролируемой сотрудниками ФСИН (либо по их поручению). В свою очередь агент заключает обычный договор толлинга с учреждением ФСИН, которое будет переработчиком (исполнителем), а сам выступает уже в качестве заказчика.

В данной схеме сотрудничества гражданский заказчик защищен от бюрократической агрессии ФСИН, так как напрямую с ней не соприкасается. Контактируя с агентской фирмой в лице все тех же ФСИНовцев, но ведущих свои дела за пределами кабинетов и в штатском, он видит вполне прозрачных и легкодоступных для судебных споров партнеров, случись для этого повод. К тому же, ему не приходиться контактировать с бюрократической инфраструктурой ФСИН, соприкасаться с издержками системы, начиная от дотошных досмотров при проходе на территорию ИК или СИЗО, подстраиваться под режим работы учреждений ФСИН и терять из-за этого много времени.

Агентская фирма, как структура промежуточная, берет на себя решение всей бюрократической рутины, выполняя роль своеобразного «фильтра» для заказчика. В свою очередь, ФСИН полноценно выполняет свои бюрократические предписания и не стесняет себя ни в чем, оставаясь в роли заказчика, исключив мелкую коррупцию и контакты с представителями бизнеса для непосвященных сотрудников.

Единственной нерешенной проблемой, что остается для всех участников сделки, это возможная перспектива скорого «разбега» из-за возможного нарушения договоренности в пункте «качество» или «сроки».

Чтобы «всем было хорошо» в такой, пусть даже продвинутой схеме сотрудничества, у ФСИН не получится. Кто-то в этой схеме обязательно останется в минусе. Как правило, этот «кто-то» и есть сам осужденный, которому за его работу начисляют копейки, а также само учреждение исполнения наказания, прибыль которой превращается в формальный показатель, где сумма сделки незначительно превышает себестоимость. Это объясняется тем, что ФСИН фактически оказывает услуги по предоставлению трудовых ресурсов, а это обыкновенная аренда.

Почти все учреждения ФСИН позиционируют свою экономическую составляющую, как «учебно-производственную» структуру. Как не покажется странным, но именно в этой льготной вывеске заложена проблема низкого качества.

«Учебно-производственная» ширма гарантированно защищает исполнителя в лице ФСИН от претензий по качеству со стороны гражданского заказчика. Негласные договорные условия типа: «высокое качество за высокую цену» либо «невысокое качество, но низкая цена», вынуждают вечно экономящих гражданских заказчиков выбирать второй вариант.

В свою очередь, невысокое качество выполненных услуг или произведенной продукции является неликвидным товаром на рынке. Такая продукция и услуги будут продаваться соответствующими заказчиками под видом, якобы неконкурентоспособных товаров, но, вместе с тем, будут обеспечивать ему нужную минимальную прибыль для отчета в управление и выше.

Из этого видно, что потенциальная низкоприбыльность ФСИНовских производств, это специально спроектированное для пенитенциарной системы средство защиты ее экономики за счет экономии на налоговых отчислениях за энергопотребление и назначении низкой заработной платы осужденным – способа экономии собственных средств за счет эксплуатации их труда.

Данная особенность, по сути, является уникальной возможностью для отечественной СИН стать монополистом на рынке дешевой рабочей силы. Беда только в том, что государство не дает системе «добро» как следует развернуться ни в масштабах самой системы ни за ее пределами – в гражданской экономической сфере.

 

Если представить себе картину, что государство вдруг изменило принцип финансирования деятельности ФСИН по принципу подушевого финансирования, а ввело бы некую другую схему, где тюремному ведомству пришлось самому зарабатывать деньги на значительную часть своих нужд, то производственно-экономическим структурам ФСИН пришлось бы оказывать услуги и производить продукцию высокого качества. Для этого системе потребовалось бы выполнить четыре основных условия.

  1. Повысить заработную плату спецконтингента до уровня гражданских работников.
  2. В значительной мере ослабить режима содержания осужденных, задействованных на производстве.
  3. Нести дополнительные затраты на приобретение современного дорогостоящего оборудования.
  4. Нанять высокооплачиваемых гражданских технических специалистов для освоения уникальных производств и обслуживания задействованного оборудования.

Возможность выполнения вышеперечисленных условий основана на анализе практического опыта. Вот какие выводы можно сделать по каждому из 4-х пунктов:

  1. Повышение заработной платы осужденным неминуемо приведут к повышению себестоимости до уровня себестоимости товаров и услуг, произведенных на гражданских предприятиях.
  2. Послабление режима содержания в местах лишения свободы для трудоустроенных осужденных может в некоторых учреждениях привести к потере контроля за общей массой осужденных и началу беспорядков.
  3. Дополнительные затраты ФСИН на приобретение современного и дорогостоящего оборудования являются рискованным вложением, так как это оборудование должно эксплуатироваться и обслуживаться высококлассными специалистами, которые требуют соответствующей оплаты труда. Наличие таких специалистов в среде спецконтингента, это нестабильный фактор, а оплата труда вольнонаемных специалистов, приведет к неминуемому повышению себестоимости.
  4. Наем гражданских специалистов в данном (уникальном) виде производства по договоренности с гражданским заказчиком потребует от администрации нести дополнительные финансовые затраты по оплате их труда уже по гражданским тарифным ставкам с дополнительными надбавками за сложность и опасность, согласно ТК РФ, что опять приведет к повышению себестоимости выпускаемой продукции и оказываемых гражданскому заказчику услуг.

На сегодняшний день экономика отечественной ФСИН работает по принципу минимальной достаточной окупаемости. Все так задумано ради сохранения баланса дружественных отношений с правительством, определяющем бюджет пенитенциарной системы.

В сложившейся ситуации экономика ФСИН если и считается прибыльной, то исключительно за счет «лесных командировок». Так обычно называют управления службы исполнения наказаний, которые находятся в северо-западной части России и в Сибири, где главное поле экономической деятельности зациклено на лесной промышленности. (И снова ресурсная экономика!)

Лес, как ценнейшее сырье продается, в том числе и за границу. Огромные валютные поступления от проданной древесины закрывают большинство «дыр» в экономике не только ФСИН, но страны, оправдывая затраты госбюджета на ее содержание. Этими «дырами» является большинство управлений ФСИН, расположенных в средней полосе и на юге России. Они как пустые вагончики, прицепленные к мощному локомотиву «лесных командировок» продолжают свой путь существования. А несколько колоний с лесоповалами и лесными «биржами», например из Кировских или Пермских региональных управлений ФСИН по закону В. Парето способны своим эффективным меньшинством прокормить неэффективное большинство нахлебников и, соответственно, бездельников – управления ФСИН из европейской части России. Экономика этих «вагончиков» выживает в основном за счет освоения внутреннего бюджета – госзаказа и отдельных производств, для поддержания «собственных штанов».

Есть одна, известная всем руководителям исправительных учреждений «формула»: любое производство в системе ФСИН может считаться эффективным, пока оно зациклено на выполнении государственного заказа. Как правило, это внутрисистемный заказ. Например, необходимо пошить робу или элементы формы для осужденных в масштабе всего регионального управления ФСИН, то есть освоить собственный бюджет.

При отсутствии такого подарка самим себе, эффективность производственных структур ФСИН, отпущенных в «свободное плавание» по океану рыночной экономики резко снижается (сюда не входит ресурсодобыча и переработка), так как они попросту не выдерживают конкурентной борьбы с подобными гражданскими производителями в виду низкого качества и высокой себестоимости выпускаемой продукции.

Вдобавок ко всему, сейчас против ФСИН действует новое требование закона, которое обязывает эту государственную структуру приобретать сырье или готовую продукцию на аукционных началах. Это реальный тормоз в развитии внутренней экономики ФСИН, хотя, возможно и отрезвляющий прием против коррупционных «откатов» и хищений бюджетных средств.

Безусловно, в России немало учреждений ФСИН, где удалось добиться высокорентабельного производства и выпуска продукции высокого качества для гражданского заказчика. Многие из них достигли этого без режимных «прижимов» и жестокого эксплуатирования осужденных. Хочется надеяться, что подобные успехи напрямую связаны с усилиями руководства таких исправительных учреждений, которое грамотно и эффективно управляет своим хозяйством, честно служа интересам государства. Но есть места, где у качества совсем другая цена.  

В большинстве случаев, выполнение работ в лице исполнителя по договору с гражданскими экономическими партнерами для ФСИН сегодня стало малоэффективно, в виду все тех же причин – низкого качества и высокой себестоимости производимой продукции. Также сюда можно добавить:

  • низкий уровень отраслевого образования персонала экономических отделов ФСИН;
  • спорные расхождения в положениях устава ФСИН для сотрудников оперативного отдела, отдела безопасности и сотрудников экономических и производственных отделов исправительных учреждений (противостояние «режимников» и «производственников»);
  • высокая степень коррумпированности сотрудников пенитенциарных учреждений на местах и в региональных управлениях ФСИН.

Как видим, в системе слишком много внутренних и неразрешенных пока проблем. От закоренелых бюрократических издержек системы до мертвой и чисто армейской методики управления производством и кадрами. Все они складываются в мощный груз, тяжесть от которого замедляет движение экономической машины ФСИН, делая ее экономику многозатратной. Из этого следует, что система экономических механизмов современного гражданского общества не совместима с закрытым экономическим «раритетом» тюремной системы.

ФСИН РФ – это структура, которая создана для исполнения назначенного судом наказания и изоляции осужденных от общества. А также, для выполнения задач, поставленных государством по трудоустройству спецконтингента с целью облегчения бремени госбюджета для решения таких вопросов, как:

  • поддержка гражданского социума (налогоплательщиков) из числа потерпевших и их родственников в создании благоприятных условий для зарабатывания осужденными необходимых средств, с целью погашения ими исковых задолженностей;
  • поддержка оставленных без полноценной социально-экономической поддержки членов семей осужденных за счет выплаты алиментов или оказания финансовой помощи (отчисление части заработанных осужденными средств).

Реалии сегодняшних дней показывают, что система ФСИН не справляется с возложенными на нее государством основными экономическими задачами. Это наглядно подтверждается недовольством представителей гражданского общества из числа потерпевших, которые неудовлетворенны возвратом исков.

В настоящее время система ФСИН требует не просто глубокого реформирования, а полного изменения концепции экономической и исправительно-воспитательной модели своей деятельности в современных условиях развития российского государства.

Изобретать в настоящее время «что-то новое» для отечественной тюремной системы, это бессмысленное и неблагодарное занятие. Исторический опыт показывает, что решение задач по скорейшему улучшению экономического положения нашего государства в тяжелые послевоенные времена заключался в удешевлении себестоимости выполняемых работ всей производственно-экономической структуры страны за счет использования дешевой рабочей силы осужденных. В наше время представители частного бизнеса уже давно и с огромной выгодой для себя решают этот вопрос за счет повсеместного использования дешевого труда мигрантов.

Заработанные приезжими из других государств работниками средства оседают за границей и, следовательно, поступают в товарно-денежный оборот за пределами России. Этот ощутимый урон, который российские предприниматели наносят нашей экономике, может остановить Федеральная Служба исполнения наказаний.

В связи с этим, на этапе общественного анализа и осмысления проблемы, предлагается создание независимой от ФСИН РФ экономико-информационной и производственной среды на базе специализированной некоммерческой организации.

Проект такой социально-экономической программы разработан с целью предоставления ФСИН РФ обширного поля заказов на выполнение спецконтингентом различных видов услуг и производства товаров для частных и государственных партнеров на всей территории Российской Федерации.

Вепрев А.Н. ФСИН: Путь из сумрака

из клети в сетиИз клети в сети
Реабилитация для зэка
— это значит никогда не успокаиваться и не расслабляться...
истины своими словамиИстины своими словами
О друзьях и предателях, о тюрьмах и зонах, о добре, зле и вере в Бога...
усталые зэки Не злитесь на небо, усталые зэки
Сборник стихов, в основе которых — опыт современного арестанта.
фсин ФСИН: путь из сумрака
Уникальные факты и обстоятельства работы системы исполнения наказаний.